Матушка Поттори и ее дочки

Главная » Сказки » Индонезийские сказки » Матушка Поттори и ее дочки
Матушка Поттори и ее дочки

Матушка Поттори и ее дочки

Жила-была одна женщина по имени Поттори Тондон. Однажды ее муж пошел в лес на охоту. К полудню он вернулся обедать, а Поттори Тондон спрашивает:

— Где же твоя добыча?

— Пока еще ничего нет, — отвечает муж.

— Если услышишь, что кричит чечак, — беги, — говорит ему Поттори Тондон.

Потом она тайком закричала чечаком и запела:

Чечак, чечак, голова твоя висит Вместе с сухим мясом.

Муж услышал это и опрометью бросился в лес, а Поттори Тондон стала вялить мясо.

Когда ее муж вернулся с охоты, он спросил:

— Кто это кричал, как чечак, и напугал меня так, что я убежал в лес?

Поттори Тондон ответила: — Это я.

Муж рассвирепел и ударил ее кинжалом по голове. Поттори Тондон было очень больно, она выскочила из хижины, подбежала к реке и кинулась в омут.

А у нее были две дочери. Пошли они следом за матерью, стали возле омута и запели:

Матушка Поттори, Поттори Тондон

С разбитой головой,

Поднимись из воды,

Покорми свою дочь,

Она голодна,

У нее пустой живот,

Она хочет молока

И все время плачет.

Поттори Тондон выплыла и дала младшей дочери грудь. Накормила ее и опять нырнула в омут. Обе девочки вернулись домой. Отец удивился и спросил у старшей дочери:

— Чем ты накормила сестру, что она молчит? Старшая дочь ответила:

— Только ягодами шелковицы.

Назавтра обе девочки снова пришли на берег и старшая запела ту же песенку. Поттори Тондон вынырнула, накормила дочку, а потом снова опустилась в омут. Дома отец опять спросил старшую дочь:

— Отчего твоя сестра не худеет, ведь ее больше не кормят грудью ?

Та отвечает:

— Я. дню ей ягоды шелковицы.

Отец не поверил и рассердился. На другой день, когда дочери ушли, он незаметно пошел за ними и стал подглядывать. Смотрит — девочки подошли к омуту и старшая запела:

Матушка Поттори, Поттори Тондон

С разбитой головой,

Поднимись из воды,

Покорми свою дочь,

Она голодна,

У нее пустой живот,

Она хочет молока

И все время плачет.

Поттори Тондон выплыла, чтобы покормить свою дочь. Увидел это муж и хотел ее схватить, но она выскользнула у него из рук и уплыла в омут.

На другой день снова пришли девочки на берег,, стали звать свою мать, а ее нет. Долго они ждали, младшая сестра плакать начала, а Поттори Тондон все не показывалась.

Побрели они по берегу реки. Если попадалось им дерево с плодами, старшая сестра забиралась на него, рвала плоды, а потом они вместе их ели. Находили два плода — старшая отдавала один младшей, три находили — каждая из сестер брала себе по одному и еще по половине.

Так они бродили много лет. Младшая сестра уже выросла, и ее не нужно было носить.

Однажды они увидели манговое дерево. Старшая сестра залезла на него, стала рвать плоды манго и бросать их вниз, а младшая подбирала и ела. Вдруг прибежал дикий кабан. Старшая сестра сверху говорит:

— Ты только молчи, сестрица, ничего не бойся!

Стал кабан жевать манго, а старшая сверху все подкидывает. Потом воткнула в один плод ножик и бросила вниз.

— Не трогай его, сестрица, — сказала она младшей.

Кабан увидел этот манго и проглотил его. Младшая. смотрит — кабан по земле катается. Закричала она:

— Наступи, наступи на него, сестрица! А старшая сестра отвечает:

— Нет, сестра, пусть кабан сам подохнет, а мы съедим его мясо.

Потом она спустилась на землю и видит — кабан издох.

Пошла она за огнем, чтобы изжарить мясо, а сестре сказала:

— Жди меня тут.

В лесу она увидала хижину Индо Орро-Орро. Попросила девушка у старухи огня, а та спрашивает:

— Зачем тебе огонь, внучка?

Девушка отвечает:

— Мы хотим изжарить дикобраза. Индо Орро-Орро говорит:

— Есть дикобраза — все равно что есть своего де-душку, говори правду, девочка, что ты хочешь зажарить?

Девушка отвечает:

— Вонючего краба, бабушка.

— Это твой дед — его нельзя есть, — опять говорит Индо Орро-Орро. Скажи всю правду, что будешь жарить?

— Кабана, бабушка! — созналась девушка. Индо Орро-Орро покачала головой:

— Внучка, внучка!

Дала она девушке огня, и они вместе отправились жарить кабана. Когда кабана изжарили, Индо Орро-Орро стала резать мясо. Девушка говорит:

— Дай кабанью ножку моей сестре, бабушка! А Индо Орро-Орро ей в ответ:

— Нельзя, полюбит кабаньи ножки — без них жить не сможет!

Девушка просит:

— Тогда дай сестренке кабанье ухо! :

— Нельзя, она станет слишком любопытной.

— Если нельзя ухо, дай сердце!

— Дай ей сердце, а она потом на другую еду и смот-реть не станет, — отвечает Индо Орро-Орро.

Потом старуха стала делить мясо:

— Это моим ножкам, это моим ручкам, это моим глазкам, это моей головке…

Так она забрала себе все мясо, а сестрам ничего не досталось.

Потом она положила мясо в корзинку, повесила ее на палку и пошла домой, а сестры за ней.

Идут они через заросли, кругом камни. Старшая •сестра и говорит:

— Корзина зацепилась за ветки, бабушка.

— Помоги-ка отцепить ее, внучка.

Девушка взяла из корзины мяса, а вместо него положила камень. Скоро она опять сказала:

— Корзинка зацепилась, бабушка.

Индо Орро-Орро снова говорит: — Ну-ка, помоги ее отцепить!

Сестры снова взяли из корзины мяса и положили вместо него камень. Так они перетаскали из корзины

все мясо.

Вот наконец дошли они до хижины Индо Орро-Орро. Говорит она своему мужу:

— Возьми-ка кабанье мясо! А муж отвечает:

— Забирай себе эти камни. Грудь у тебя жесткая, словно камень, дыхание — как огонь в печке, руки, словно половники, а уши широкие, как крышка от котла.

Индо Орро-Орро ему в ответ:

— Если я буду гореть, то превращу тебя в пепел, буду кипеть — польюсь тебе в рот и ударю в голову!

Только смотрит — в корзине у нее, и правда, одни камни. Рассердилась она, давай разбрасывать камни в разные стороны. Потом хватилась сестер — а их и след

простыл.

Побежала Индо Орро-Орро вдогонку, видит: сидят девочки у дороги в бамбуковых зарослях и едят кабанье мясо. Она схватила сестер, привела к себе в хижину и посадила откармливать, чтобы они стали пожирнее. Даже с места не велела им сходить — так они и сидели все время возле очага.

Вот стали сестры поправляться. Однажды Индо Орро-Орро им говорит:

— Ну как, деточки, поправляетесь? Сестры отвечают:

— Мы еще тощие, бабушка, можем у тебя между

зубов проскочить.

— Ну что ж, подожду еще месяца два. Тогда вас

можно будет съесть.

Прошла неделя, другая, третья… Индо Орро-Орро оглядела сестер со всех сторон и спрашивает:

— Ну как, внучки, толстеете? Сестры отвечают:

— Понемножку, бабушка.

Пошла старуха на берег реки и стала точить зубы. Видит она: через речку переправляется черный чечак.

Индо Орро-Орро говорит:

Черный чечак, ты плывешь через реку, Видно, ты первым придешь домой. Я сижу и точу свои зубы — То-то лакомый ждет меня ужин! Разом внучек я проглочу.

— Что ты говоришь, Индо Орро-Орро? — удивился черный чечак и повернул обратно. А она опять:

Черный чечак, ты снуешь взад-вперед, Видно, ты первым домой прибежишь. Я сижу и точу свои зубы — То-то лакомый ждет меня ужин! Разом внучек я проглочу.

Чечак побежал что было сил к хижине Индо Орро-Орро и сказал двум сестрам:

— Если наградите меня, я вам кое-что расскажу. Сестры спрашивают:

— Чем тебя наградить? Хочешь золота? Черный чечак говорит:

— На что мне золото?

— Хочешь мы дадим тебе риса? Чечак ответил:

— Риса, так риса! Теперь слушайте: возьмите вошь и посадите ее в южную комнату, возьмите клопа и посадите его в среднюю комнату, поймайте блоху и посадите ее снаружи около ступы.

Скоро вернулась Индо Орро-Орро с речки и крикнула:

— Эй, внучки!

Вошь из южной комнаты ответила:

— Я здесь!

Старуха вошла в эту комнату и опять крикнула:

— Эй, внучки, где вы?

Клоп из средней комнаты отвечает:

— Я тут!

Вошла она в среднюю комнату, видит — там никого нет, закричала:

— Эй, внучки, куда вы запропастились? А блоха из-за ступки отвечает:

— Здесь я!

Индо Орро-Орро спустилась вниз, где стояла ступка, и тут увидела тени сестер, которые спрятались в корыте. Кинулась она к ним, а корыто раскололось надвое, и сестры бросились бежать со всех ног. Старуха — за ними. Вот взобрались они на кокосовую пальму, а Индо Орро-Орро — на келади. Стала она читать заговор: «Кокосовая пальма, опустись, а ты, келади, поднимись». А сестры свое говорят:

__ Ты пальма, поднимайся, а ты, келади, опускайся.

Вот кокосовая пальма стала расти выше и выше, выросла почти до самого неба, а келади в землю ушло. Такими они и остались — кокосовая пальма высокая, а келади низенькое. Сестры попросили у бога: «Если наша мать на востоке, сбрось нас на восток, на западе — сбрось нас на запад. Если она на севере, пускай пальма упадет верхушкой к истокам, если мать на юге, пусть она упадет верхушкой к устью».

Пальма и упала на восток. Ее верхушка как раз легла у входа в дом Поттори Тондон.

Видят они: мать кормит свиней. Она не узнала дочерей — они ведь выросли, стали большими. Сестры говорят ей:

— Мать, дай нам немножко свиной болтушки. Поттори Тондон дала им болтушки. Сестры поели

и говорят:

— Можно мы за это поищем у тебя в голове?

— Что ж, поищите, — отвечает им мать.

Вот сестры стали перебирать и чесать ее волосы. Увидали на ее голове старую метку — след кинжала и заплакали. Мать спрашивает:

— Откуда это вода капает? Сестры отвечают:

— Наверное, из желоба.

Пошла мать, вымыла голову, сестры опять стали расчесывать ей волосы. Только увидели след от раны — снова в слезы.

Поттори Тондон опять спросила: Да откуда же это вода течет?

Они ей в ответ:

Реки Южного Сулавеси текут с севера на юг.

— Наверное, с крыши.

Не поверила она, подняла голову — видит: девуш-ки плачут. Она спрашивает:

— Что вы плачете? Старшая дочь отвечает:

— Мы вспомнили, как наш отец ударил мать кин-жалом по голове.

Тут только Поттори Тондон догадалась, что этс ее дочери. Она обняла их, и заплакали они вместе. Мать вытащила изо рта у младшей дочери лист батата — ведь это был свиной корм — и дала дочерям риса.

— Мы останемся с тобой и не вернемся к отцу, —-сказали дочери.

— Ну что ж, оставайтесь, — говорит мать. — Но вот ведь какая беда — я вышла замуж за удава. Скоро он вернется домой. Но вы не бойтесь! Вот вам четыре! кокосовых ореха. Ты, старшая, возьми два ореха спрячься на крыше в передней части дома, а младшая пусть спрячется со своими орехами на другой половине крыши. Когда удав приползет и ляжет спать, бросайте орехи на пол один за другим. А я уж приготовлю котел кипятку.

Вечером вернулся удав. Подполз к двери и говорит

— Фу, что-то здесь человечьим духом пахнет. Поттори Тоидон ему отвечает:

— Откуда тут взяться человеку? Ты целый день охотился и то не встретил ни одного, а я и подавно лю дей не вижу — целый день здесь одна сижу.

Удав задремал, а младшая дочь бросила с крыши на пол один орех. Удав проснулся от шума и спрашивает:

— Что это?

Поттори Тондон отвечает:

— Это мыши.

Упал еще один орех. Удав опять спрашивает:

— Кто это там? А она ему снова:

— Это мыши.

Три раза просыпался удав, а когда упал четвертый орех — и не шелохнулся: наконец крепко заснул. Тогда Поттори Тондон выдернула доску из пола, и удав про-

валился в хлев к буйволам, а она еще плеснула на буй-волов кипятком. Обожженные буйволы стали прыгать, носиться по хлеву и топтать удава. Так они затоптали

его насмерть.

С этого дня сестры счастливо зажили со своей матерью. Встретились они снова с отцом или нет — об этом в сказке не говорится.

Категория: Индонезийские сказки | Просмотров: 1066 | | Теги: индонезийская сказка | Рейтинг: 5.0/1