Муми-тролль и комета (глава десятая)

Главная - Авторские сказки - Туве Янссон - Муми-тролль и комета (глава десятая)
Муми-тролль и комета (глава десятая)

Муми-тролль и комета (глава десятая)

Глава десятая

Пятого октября не пели птицы, а солнце светило так слабо, что его едва было видно.
Зато комета над лесом выросла до размеров колеса и была окружена огненным венцом. У Снусмумрика пропала всякая охота играть.
Он шёл молча и размышлял. «Таким мрачным я давно уже не бывал, – думал он. – Понятно, после большой пирушки всегда бываешь чуточку не в духе, только сейчас это что-то другое. Противно, когда в лесу нет никаких звуков, а солнце какое-то серое».
Другие тоже почти не разговаривали. У Сниффа болела голова, и он всё время скулил.
Они шли напрямки к долине, не жалея натруженных танцами ног. Лес постепенно редел, и вот перед ними открылись пустынные песчаные дюны. Мягкие холмы песка и опять песка, да кое-где сизовато-серые пучки дикого овса.
– Я что-то не чую запаха моря, – сказал Муми-тролль и потянул носом воздух. – Уф, как жарко!
– Может, это пустыня? – высказался Снифф.
Брести по рыхлому песку то в горку, то под горку было тяжело, дюны шли одна за другой.
– Смотрите! – воскликнул снорк. – Вон хатифнатты!
Вдали по дюнам двигались маленькие вечные странники, устремив к горизонту застывшие взгляды.
– Они идут на восток, – сказал Снорк. – Не лучше ли последовать за ними? Ведь они по себе чувствуют, куда надо.
– Нет, нам надо на запад, – сказал Муми-тролль. – Долина там.
– Как хочется пить! – хныкал Снифф. Ему никто не отвечал.
Усталые и унылые потащились они дальше.
Мало-помалу дюны становились всё ниже. Вот путешественники пересекли пояс морских водорослей, мерцавших в красном свете кометы. Вот они прошли по мелкой гальке и…
– Боже мой! – сказал Муми-тролль.
Они стояли рядком друг возле друга и смотрели.
Там, где должно было быть море – море с мягкими синими волнами и бегущими по нему парусами, – там зияла теперь громадная пропасть. Где-то на огромной глубине клокотало, оттуда поднимался горячий пар и странные едкие запахи. Прямо под ногами берег срывался вниз, в пропасти с острыми краями, и дна их не было видно.
– Муми-тролль, – слабым голосом сказала фрёкен Снорк. – Неужели море высохло?
– А рыбы как же?.. – прошептал Снифф.
Снорк достал свою тетрадь и принялся что-то быстро строчить.
А Снусмумрик сел, подпёр голову лапами и запричитал.
– Ах, прекрасное море! Нет его! Пропало! Не ходить нам больше под парусами, не купаться, не ловить больших щук! Нет больше яростных бурь, нет прозрачных льдов, нет мерцающей ночной воды, в которой отражаются звёзды!
Он уткнулся головой в колени и не хотел больше глядеть на белый свет.
– Но ведь нам надо на ту сторону, – сказал Снорк. – Обойти эту пропасть до послезавтра мы не успеем!
Все молчали.
– Давайте проведём собрание, – продолжал Снорк. – Назначаю себя председателем. Какие у нас есть возможности?
– Перелететь, – сказал Снифф.
– Не валяй дурака, – сказал Снорк. – Предложение отвергается единогласно. Кто дальше?
– Перейти, – сказал Муми-тролль.
– Ты глуп, – сказал Снорк. – Мы будем проваливаться в каждую дыру и захлебнёмся в грязи, Предложение отвергается.
– Тогда предложи что-нибудь сам, – сердито сказал Муми-тролль.
В эту минуту Снусмумрик поднял голову.
– Ходули, – сказал он.
– Ходули? – переспросил Снорк. – Предложение…
– Это хорошее предложение, – поспешно сказал Снусмумрик. – Помните, я рассказывал вам о вулкане? Раз можно пройти через огонь, то и через воду можно пройти. Вы только подумайте, какие шаги можно делать на ходулях!
– Но ведь это, наверно, ужасно трудно, – сказала фрёкен Снорк.
– Придётся поупражняться, – сказал Снусмумрик, заметно взбодрившись. – Дело только за ходулями.
Прежде, когда море выбрасывало на берег обломки разбитых кораблей, тут был залив и повсюду лежали брёвна, свитки берёсты и тростник. Сделать из этого ходули не составляло никакого труда, стоило найти какую-нибудь морскую веху, черенок от метлы, флагшток или остатки трапа.
– Смотрите, что я нашла! – весело воскликнула фрёкен Снорк. – Гладенький берестяной свиток и бутылку с позолоченным горлышком, прямо из Мексики!
– Так-так, – сказал её брат. – А теперь соберись с духом – и на ходули!
Скоро выяснилось, что наибольшим талантом в этом искусстве обладает фрёкен Снорк. Она с опасностью для жизни раскачивалась на ходулях, но ни разу не потеряла равновесия; она всё время пищала, но была намного отчаяннее других. Казалось, будто она исполняет на ходулях какой-то фантастический танец.
Снусмумрик уверенно прохаживался перед ними и давал указания.
– Шире шаг! – кричал он. – Сохранять самообладание! Не забывайте о равновесии и смотрите не ступайте в грязь, не то завязнете и кувырнётесь носом… Ну что ж, отправимся? Уверены вы в своих силах?
– Нет ещё! – крикнул Снифф, опасливо косясь на бездну. – Мне ещё надо чуточку, совсем чуточку подучиться…
– У нас нет времени! – сказал Снорк.
Один за другим, с ходулями под мышкой, они стили спускаться в бездну. Они оступались и оскользались на склизких морских водорослях и насилу различали друг друга сквозь пар.
– Держитесь вместе! – кричал Снусмумрик. – Осторожней!
Мало-помалу склоны стали более пологими, и перед ними открылось мёртвое морское дно. Выглядело оно плачевно.
Все красивые водоросли, которые раньше гордо колыхали кронами в прозрачной зелёной воде, лежали теперь чёрные и распластанные, а в немногочисленных лужах жалко трепыхались рыбы.
Повсюду задыхались в песке медузы и разная мелкая рыбёшка. Фрёкен Снорк носилась по дну и сталкивала их в ямы, заполненные водой.
– Вот так, вот так, – приговаривала она. – Сейчас вам сразу станет хорошо…
– Золотко моё, – сказал Муми-тролль, – мне очень жаль, но мы не можем спасти всех рыб.
– Да, но нескольких-то можно, – вздохнула фрёкен Снорк. Затем встала на ходули и последовала за остальными.
– Здесь совсем как в том краю с горячими ключами, – сказал Снусмумрик, вглядываясь в туман. Комета сквозь водяной пар казалась необычайно большой; она то вспыхивала, то тихо мерцала.
– Здесь дурно пахнет! – заныл Снифф. – Помните, вы делаете это на свою голову!
Словно маленькие длинноногие насекомые, они всё дальше уходили в глубину моря. Местами прямо из песка вздымались громадные чёрно-зелёные скалы. Их вершины прежде были маленькими островками или шхерами, куда выезжали прогулочные лодки и вокруг которых плескались в воде ребятишки.
– Никогда больше не буду купаться на глубокой воде, – содрогаясь, сказал Снифф. – Подумать только что всё это было у меня под животом!
И он заглянул в чёрную расщелину, всё ещё полную воды, в которой кишела таинственная жизнь.
– Но ведь это почти красиво, – неуверенно произнёс Снусмумрик. – К тому же одно сознание, что никто ещё не был тут до нас…
– Смотрите! – вдруг закричал Снифф. – Сундук! Сундук с драгоценностями! Откопаем?
– Не тащить же его с собой, – сказал Снорк. – Пусть лежит. Мы наверняка найдём что-нибудь почище, пока будем идти по дну.
Они проходили среди острых чёрных скал и были вынуждены двигаться очень осторожно, чтобы ходули не застряли.
Внезапно в туманной мгле завиднелось что-то страшно огромное и уродливое.
– Что это? – спросил Муми-тролль и остановился так резко, что чуть было не кувырнулся носом в землю.
– Вдруг кто-нибудь кусачий, – опасливо сказал Снифф.
Они сделали небольшой крюк и приблизились опасному существу с другой стороны.
– Да это корабль! – воскликнул Снорк. – Самый настоящий затонувший корабль!
Как жалко он выглядел, этот бедный корабль! Его мачта была сломана, а продавленные бока покрыты водорослями и ракушками. Морские течения давно сорвали с него паруса и оснастку, а золочёная фигура на косу потемнела и растрескалась.
– Как по-вашему, есть там кто-нибудь? – шёпотом спросила фрёкен Снорк.
– Они наверняка спаслись в шлюпках, – сказал Муми-тролль. – Пойдёмте отсюда! Слишком всё это печально!
– Постойте, – сказал Снифф и соскочил с ходулей.
– Вон там что то блестит. Наверное, золото… Мало тебе гранатов и ящера! – крикнул Снусмумрик. – Пусть лежит!
Но Снифф уже нагнулся и вытащил из песка кинжал с золотой рукояткой, отделанной бледными опалами, от которых клинок мерцал, как от лунного света. Снифф поднял свою находку высоко над головой и засмеялся от счастья.
– Ах, как красиво! – воскликнула фрёкен Снорк и разом забыла все наказы Снусмумрика про равновесие. Она качнулась вперёд, потом назад, она издала душераздирающий писк и разжала руки, а потом прочертила над остовом корабля дугу и исчезла во мраке трюма.
Муми-тролль бросился к кораблю и стал карабкаться наверх по ржавой якорной цепи.
– Где ты? Где ты? – в страхе звал он.
Он проехался по толстому слою скользких водорослей, наросших на палубе, и заглянул в чёрное чрево судна.
– Я здесь! – пискнул слабый голосок.
– Ты не ушиблась? – спросил Муми-тролль.
– Нет, только испугалась, – ответила фрёкен Снорк.
Муми-тролль спрыгнул в трюм. Там стояла по пояс вода и противно пахло плесенью.
– Ох уж этот Снифф! – сказал Муми-тролль. – Всё бы ему бегать за всем, что светится и блестит!
– А я так его понимаю, – возразила фрёкен Снорк. – Что может быть чудеснее драгоценных камней? Ну и золота, конечно… Может, тут есть что-нибудь, как по-твоему?
– Здесь так темно, – боязливо отвечал Мумии-тролль. – Я буду не знаю как рад, если мы сейчас же выберемся наверх.
– Хорошо, – сказала фрёкен Снорк. – Помоги мне подняться.
И Муми-тролль подсадил её на край люка. Первым делом фрёкен Снорк посмотрела, не разбилось ли зеркальце, но, слава богу, стекло было цело и все рубины на месте.
Вторым делом она принялась рассматривать в зеркальце свою намокшую чёлку и тут вдруг увидела: за спиной Муми-тролля, в чёрной глубине трюма, что-то шевелится. Что-то тихонько подбирается к нему ближе и ближе…
Она уронила зеркальце на палубу и вскрикнула:
– Берегись! Позади тебя кто-то есть!
Муми-тролль глянул через плечо и обомлел. Перед ним была огромная каракатица; она медленно подкрадывалась к нему из угла трюма. Он стал отчаянно карабкаться вверх; фрёкен Снорк протянула ему лапу, Но он сорвался со скользких досок и плюхнулся обратно в воду. Тут на палубу подоспели Снусмумрик, Снорк и Снифф. Они просунули в трюм ходули и стали отгонять каракатицу, но она не обращала на них внимания и упорно подползала всё ближе, протягивая к Муми-троллю извивающиеся щупальца.
И тут фрёкен Снорк пришла в голову блестящая мысль.
Она схватила в руки зеркальце и поймала в него красный диск кометы. Прежде ей не раз случалось пускать зайчики, и она знала, какие они противные, когда попадают тебе в глаза. И вот она направила красный сверкающий луч прямо в глаза каракатице.
Та замерла на месте, та испугалась… А Муми-тролль, воспользовавшись её замешательством и слепотой, вскарабкался по ходулям наверх и снова оказался в безопасности среди друзей.
Они спрыгнули с ужасного корабля и припустили во все ходули. Они бежали несколько морских миль, прежде чем решились передохнуть.
И тогда Муми-тролль сказал:
– Фрёкен Снорк! Ты спасла мне жизнь! Да ещё таким хитроумным способом!
А фрёкен Снорк зарделась от удовольствия, потупила глазки и прошептала:
– Я так рада угодить тебе… Я готова спасать тебя от каракатиц по нескольку раз на дню.
– Золотко моё! – сказал Муми-тролль. – Тебе не кажется, что это уж чуточку чересчур?
Дно здесь устилал мелкий ровный песочек, по которому можно было идти без ходулей. А раковины были не мелкие и заурядные, как на побережье, а огромные с зубцами и завитушками, самых необыкновенных расцветок – пурпурно-красные, сумрачно-голубые и зелёные, как морская волна.
Фрёкен Снорк задерживалась чуть ли не перед каждой раковиной, любовалась ими и вслушивалась в шум моря, который они хранили в себе.
– Ракушки как ракушки, – торопил её Снорк. Так мы никогда не доберёмся до места!
Среди раковин расхаживали большие крабы и вели дискуссию. Они удивлялись, куда ушла вся вода и когда она вернётся.
– Слава богу, мы не медузы! – говорил один из крабов. – Эти бедняги шагу не могут ступить без воды. А нам и на суше неплохо!
– Жалко мне всех, кто не крабы, – говорил другой. – Очень может быть, всё это устроено только для того, чтобы нам стало просторнее!
– А что, это интересная идея! Земля, населённая одними крабами! – вещал третий, задумчиво помавая клешнёй.
– А ну-ка, подпусти им зайчика! – шёпотом попросил Муми-тролль.
Фрёкен Снорк поймала в зеркальце комету, и её слепящие отблески заиграли в глазах у крабов. Поднялась несусветная суматоха. Крабы сталкивались друг с другом, боком скакали по песку и пря – тали головы под камни.
– Вот я и развеялся, – сказал Муми-тролль. – Прямо камень с сердца. А ну-ка сыграй что-нибудь, Снусмумрик!
Снусмумрик достал губную гармошку, но не смог извлечь из неё ни звука. Паром выдуло из неё все ноты.
– Плохо дело, – огорчённо сказал он.
– Ничего, пана исправит, дай только доберёмся до дому, – сказал Муми-тролль. – Папа всё может исправить, если только захочет.
Весь день они шли среди пустынного морского ландшафта, который с сотворения мира лежал под толщей воды.
– А что, в этом есть что-то такое… многознаменательное – шагать вот так по дну моря, – разглагольствовал Снорк. – Возможно, мы находимся сейчас где-то около самой глубокой его части.
Местность круто пошла под уклон и вдруг сорвалась в пропасть, полную пара и мрака. Быть может, там вовсе не было дна… Быть может, там внизу притаились в грязи самые большие океанские каракатицы – чудовища, которых ещё никто никогда не видал.
Путники бочком, в полном молчании обошли, пропасть и прибавили шагу. Уже начинало вечереть.
А фрёкен Снорк несколько раз оглянулась назад, потому что на краю пропасти лежала, мерцая, самая большая и самая красивая раковина моря.
Она была окрашена в нежно-бледные тона, какие можно встретить лишь на самых больших морских глубинах, куда не проникает солнечный свет, а изнутри мерцала темно и заманчиво. Она лежала и тихонько напевала про себя древние песни океана.
– Ах! – вздохнула фрёкен Снорк. – Как бы я хотела жить в этой раковине! Как бы я хотела забраться внутрь и посмотреть, кто это там шепчет!
– Это море так шепчет, – сказал Муми-тролль. – От каждой волны, которая умирает на берегу, в какой-нибудь раковине рождается маленькая песня. Ну, а забираться внутрь нельзя – там лабиринт, и ещё неизвестно, найдёшь ли дорогу обратно.
На морское дно пали сумерки, и теперь все старались поближе держаться друг к дружке.
Стояла необычайная тишина. Всё было мягкое и мокрое. Не слышно было знакомых звуков, которые так оживляют вечера на суше: шарканья торопящихся домой ног, шелеста листвы на ветру, пения птиц или шороха выкатившегося из-под ноги камня.
Страшно было развести костёр, страшно было улечься спать среди всех тех неведомых опасностей, которые могли подстерегать их здесь.
В конце концов они решили заночевать на вершине скалы высотой с ходулю.
Чтобы спать спокойнее, договорились дежурить по первую вахту и решил отдежурить также и за фрёкен Снорк.
Все тесно прижались друг к дружке и заснули, а он сидел и обозревал пустынное морское дно. По песку, залитому красным светом кометы, угрожающе стлались чёрные тени скал. Глубокая печаль охватила Муми-тролля при виде этого мрачного ландшафта, и он живо представил себе, как, должно быть, испугалась Земля, увидев приближающийся к ней огненный шар.
Он думал о том, как сильно он любит всё – лес и море, дождь и ветер, солнце, траву и мох – и что жить без всего этого никак нельзя!
«Ничего, – думал он. – Уж мама-то знает, как всё это спасти».


Волшебная плетка
Почетное место в аду
Афанди смеется
Пророчество Эдипу
Глаза и уши
Волшебство Страны Оз (17. Удивительное путешествие)
Просмотров: 501 |