Крокодил (Продолжение)

Крокодил (Продолжение)

И говорит Крокодил:

«Пожалуйте, ваше величество!

Кокоша, поставь самовар!

Тотоша, зажги электричество!»

И говорит Гиппопотам:

«О Крокодил, поведай нам,

Что видел ты в чужом краю,

А я покуда подремлю».

И встал печальный Крокодил

И медленно заговорил:

«Узнайте, милые друзья,

Потрясена душа моя.

Я столько горя видел там,

Что даже ты, Гиппопотам,

И то завыл бы, как щенок,

Когда б его увидеть мог.

Там наши братья, как в аду —

В Зоологическом саду.


О, этот сад, ужасный сад!

Его забыть я был бы рад.

Там под бичами сторожей

Немало мучится зверей,

Они стенают, и ревут,

И цепи тяжкие грызут,

Но им не вырваться сюда

Из тесных клеток никогда.

Там слон — забава для детей,

Игрушка глупых малышей.

Там человечья мелюзга

Оленю теребит рога

И буйволу щекочет нос,

Как будто буйвол — это пёс.

Вы помните, меж нами жил

Один весёлый крокодил...


Он мой племянник. Я его

Любил, как сына своего.

Он был проказник, и плясун,

И озорник, и хохотун,

А ныне там передо мной,

Измученный, полуживой,

В лохани грязной он лежал

И, умирая, мне сказал:

«Не проклинаю палачей,

Ни их цепей, ни их бичей,

Но вам, предатели друзья,

Проклятье посылаю я.

Вы так могучи, так сильны,

Удавы, буйволы, слоны,

Мы каждый день и каждый час

Из наших тюрем звали вас

И ждали, верили, что вот

Освобождение придёт,

Что вы нахлынете сюда,

Чтобы разрушить навсегда

Людские, злые города,

Где ваши братья и сыны

В неволе жить обречены!» -

Сказал и умер.


Я стоял

И клятвы страшные давал

Злодеям-людям отомстить

И всех зверей освободить.

Вставай же, сонное зверьё!

Покинь же логово своё!

Вонзи в жестокого врага

Клыки, и когти, и рога!

Там есть один среди людей -

Сильнее всех богатырей!

Он страшно грозен, страшно лют,

Его Васильчиков зовут,

И я за голову его

Не пожалел бы ничего!»


Ощетинились зверюги и, оскалившись, кричат:

«Так веди нас за собою на проклятый Зоосад,

Где в неволе наши братья за решётками сидят!

Мы решётки поломаем, мы оковы разобьём,

И несчастных наших братьев из неволи мы спасём.

А злодеев забодаем, искусаем, загрызём!»


Через болота и пески

Идут звериные полки,

Их воевода впереди,

Скрестивши руки на груди.

Они идут на Петроград,

Они сожрать его хотят,

И всех людей,

И всех детей

Они без жалости съедят.

О бедный, бедный Петроград!


Часть третья


Милая девочка Лялечка!

С куклой гуляла она

И на Таврической улице

Вдруг увидала Слона.


Боже, какое страшилище!

Ляля бежит и кричит.

Глядь, перед ней из-под мостика

Высунул голову Кит.


Лялечка плачет и пятится,

Лялечка маму зовёт...

А в подворотне на лавочке

Страшный сидит Бегемот.


Змеи, шакалы и буйволы

Всюду шипят и рычат.

Бедная, бедная Лялечка!

Беги без оглядки назад!


Лялечка лезет на дерево,

Куклу прижала к груди.

Бедная, бедная Лялечка!

Что это там впереди?


Гадкое чучело-чудище

Скалит клыкастую пасть,

Тянется, тянется к Лялечке,

Лялечку хочет украсть.


Лялечка прыгнула с дерева,

Чудище прыгнуло к ней,

Сцапало бедную Лялечку

И убежало скорей.


А на Таврической улице

Мамочка Лялечку ждёт:

«Где моя милая Лялечка?

Что же она не идёт?»


Дикая Горилла

Лялю утащила

И по тротуару

Побежала вскачь.


Выше, выше, выше,

Вот она на крыше,

На седьмом этаже

Прыгает, как мяч.


На трубу вспорхнула,

Сажи зачерпнула,

Вымазала Лялю,

Села на карниз.


Села, задремала,

Лялю покачала

И с ужасным криком

Кинулася вниз.


Закрывайте окна, закрывайте двери,

Полезайте поскорее под кровать,

Потому что злые, яростные звери

Вас хотят на части, на части разорвать!


Кто, дрожа от страха, спрятался в чулане,

Кто в собачьей будке, кто на чердаке...

Папа схоронился в старом чемодане,

Дядя под диваном, тётя в сундуке.


Где найдётся такой

Богатырь удалой,

Что побьёт крокодилово полчище?

Кто из лютых когтей

Разъярённых зверей

Нашу бедную Лялечку вызволит?

Где же вы, удальцы,

Молодцы-храбрецы?


Что же вы, словно трусы, попрятались?

Выходите скорей,

Прогоните зверей,

Защитите несчастную Лялечку!


Все сидят, и молчат,

И, как зайцы, дрожат,

И на улицу носа не высунут!

Лишь один гражданин

Не бежит, не дрожит —

Это доблестный Ваня Васильчиков.


Он ни львов, ни слонов,

Ни лихих кабанов

Не боится, конечно, ни капельки!

Они рычат, они визжат,

Они сгубить его хотят,

Но Ваня смело к ним идёт

И пистолетик достаёт.


Пиф-паф! — и яростный Шакал

Быстрее лани ускакал.

Пиф-паф — и Буйвол наутёк,

За ним в испуге Носорог.

Пиф-паф! — и сам Гиппопотам

Бежит за ними по пятам.


И скоро дикая орда

Вдали исчезла без следа.

И счастлив Ваня, что пред ним

Враги рассеялись, как дым.


Он победитель! Он герой!

Он снова спас свой край родной.

И вновь из каждого двора

К нему доносится «ура».


И вновь весёлый Петроград

Ему подносит шоколад.

Но где же Ляля? Ляли нет!

От девочки пропал и след!


Что, если жадный Крокодил

Её схватил и проглотил?

Кинулся Ваня за злыми зверями:

«Звери, отдайте мне Лялю назад!»


Бешено звери сверкают глазами,

Лялю отдать не хотят.

«Как же ты смеешь, — вскричала Тигрица,

К нам приходить за сестрою твоей,

Если моя дорогая сестрица

В клетке томится у вас, у людей!


Нет, ты разбей эти гадкие клетки,

Где на потеху двуногих ребят

Наши родные мохнатые детки,

Словно в тюрьме, за решёткой сидят!


В каждом зверинце железные двери

Ты распахни для пленённых зверей,

Чтобы оттуда несчастные звери

Выйти на волю могли поскорей!


Если любимые наши ребята

К нам возвратятся в родную семью,

Если из плена вернутся тигрята,

Львята с лисятами и медвежата —

Мы отдадим тебе Лялю твою».


Но тут из каждого двора

Сбежалась к Ване детвора:

«Веди нас, Ваня, на врага,

Нам не страшны его рога!»


И грянул бой! Война! Война!

И вот уж Ляля спасена.

И вскричал Ванюша:

«Радуйтеся, звери!


Вашему народу

Я даю свободу,

Свободу я даю!

Я клетки поломаю,

Я цепи разбросаю,

Железные решётки

Навеки разобью!


Живите в Петрограде,

В уюте и прохладе,

Но только, бога ради,

Не ешьте никого:

Ни пташки, ни котёнка,

Ни малого ребёнка,

Ни Лялечкиной мамы,

Ни папы моего!


Да будет пища ваша —

Лишь чай да простокваша

Да гречневая каша

И больше ничего».


(Тут голос раздался Кокоши:

«А можно мне кушать калоши?»

Но Ваня ответил: «Ни-ни,

Боже тебя сохрани»).


«Ходите по бульварам,

По лавкам и базарам,

Гуляйте, где хотите,

Никто вам не мешай!


Живите вместе с нами,

И будемте друзьями:

Довольно мы сражались

И крови пролили!


Мы ружья поломаем,

Мы пули закопаем,

А вы себе спилите

Копыта и рога!


Быки и носороги,

Слоны и осьминоги,

Обнимемте друг друга,

Пойдёмте танцевать!»


И наступила тогда благодать:

Некого больше лягать и бодать.

Смело навстречу иди Носорогу —

Он и букашке уступит дорогу.


Вежлив и кроток теперь Носорог:

Где его прежний пугающий рог!

Вон по бульвару гуляет тигрица —

Ляля ни капли её не боится:

Что же бояться, когда у зверей

Нету теперь ни рогов, ни когтей!


Ваня верхом на Пантеру садится

И, торжествуя, по улице мчится.

Или возьмёт оседлает Орла

И в поднебесье летит как стрела.

Звери Ванюшу так ласково любят,

Звери балуют его и голубят.


Волки Ванюше пекут пироги,

Кролики чистят ему сапоги.

По вечерам быстроглазая Серна

Ване и Ляле читает Жюль Верна.

А по ночам молодой Бегемот

Им колыбельные песни поёт.


Вон вкруг Медведя столпилися детки

Каждому Мишка даёт по конфетке.

Счастливы люди, и звери, и гады,

Рады верблюды, и буйволы рады.

Нынче с визитом ко мне приходил —

Кто бы вы думали? — сам Крокодил.


Я усадил старика на диванчик,

Дал ему сладкого чаю стаканчик.

Вдруг неожиданно Ваня вбежал

И, как родного, его целовал.

Вот и каникулы! Славная ёлка

Будет сегодня у серого Волка.

Много там будет весёлых гостей.

Едемте, дети, туда поскорей!
Назад
Глаза и уши
Горный мастер
Огневушка-поскакушка
Глинда из Страны Оз (1. По зову долга)
Последнее удовольствие
Горячая похлебка
Беззубые гурии
Упрямая теща
Плод того дерева
Темно в глазах